Новый год у нас начался с ёлки… нет, с ёлок. Дома у нас очень красивая ёлка: на ней всякие игрушки, а наверху большая звезда. У всех знакомых ребят тоже хорошие ёлки. Большие ёлки мы видели на улицах и во дворах, но наша — самая красивая, хотя и не очень большая.

На Новый год нам подарили много игрушек: Ване — самосвал, мишку плюшевого; мне — куклу Катю и Петрушку, а нам вместе — книгу большую — «Круглый год». Чапка получила сто граммов конфет; она их съела сразу — хап, и нет! А Усику дали молока, но он его плохо пил, всё только фыркал и чихал. У него уже открылся левый глаз, и он как будто им всё время подмигивает. Мы были ещё на нескольких ёлках: на маминой службе и в папином клубе — там была самая большая. Но самая лучшая — наша.

Сегодня мы идём ещё на одну ёлку: к дяде Пете в автомобильный трест. Там, говорят, вся ёлка увешана маленькими автомобильчиками. Их дарит всем детям настоящий Дед-Мороз. Этот Дед-Мороз ещё и шофёр и катает ребят в прозрачном автобусе.

Маша

Maшa забыла сказать, что нам ещё подарили коньки «снегурочки» и мы уже научились кататься.

У нас во дворе сделали каток: расчистили снег на середине двора и всё время поливали и поливали водой. Вода замёрзла — и получился каток. Мы катаемся там каждый день. Я уже здорово научился кататься: сегодня упал только пять раз. А Маша гораздо хуже катается: хотя упала всего три раза, но разбила себе нос, а я нет.

Усик упал тоже три раза, потому что Маша держала его на руках: он ещё плохо ходит и поэтому катается с Машей. Мама всё сердилась, что мы приходим все в снегу, с синяками, но папа не сердился и сказал, что надо заниматься спортом, и мы целые дни занимаемся.

А Чапка нас очень насмешила. Она не может кататься на коньках, и, чтобы ей не было скучно, мы вылепили из снега большую белую собаку и назвали её Снежинкой, а глупая Чапка её боится, всё время рычит и не хочет дружить со Снежинкой.

Ваня.

Этот сюрприз мы долго придумывали и даже подрались немного, но не очень больно, а когда придумали, У меня уже была небольшая шишка на лбу. Это Ваня нечаянно стукнул меня тарелкой. Мы приготовили такие подарки: куклу на чайник — я сшила ей новую юбку, — купили коробку с конфетами и обвязали её моей самой красивой лентой. А две конфеты мы попробовали, чтобы узнать, вкусно или нет. Оказалось, очень вкусно. Ваня хотел ещё попробовать, но я не позволила. Потом мы положили все подарки на стол и стали ждать, когда придёт мама...

И вдруг Чапка залаяла и стала «служить» на задних лапах. И тут сразу пришла мама, увидела подарки. Она очень обрадовалась, засмеялась, стала нас целовать и сказала, что мы необыкновенные дети и дорогие её Кнопки...

А что особенного? Мы самые обыкновенные, но лучше нашей мамы никого нет.

Маша

К Восьмому марта все ребята в нашем доме готовили подарки своим мамам, сестрам и бабушкам. И вели себя хорошо.

И мы с Ваней тоже решили хорошо себя вести и сделать маме подарок, но так, чтобы она пока ничего не знала. Ваня сказал, что это называется «сюрприз».

На улице погода была очень хорошая: солнце светило и снег таял. Везде текла вода.

Мы прорыли канавку, и вода громко зажурчала и потекла по каналу. Из дома я принёс деревянный пароходик — я его сам сделал — и привязал к нему доски — баржи. Пароходик вёл их по каналу на буксире, а я всё время гудел, как настоящий пароход.

На одну баржу я посадил пластмассового утёнка. Маша сказала, что утёнок сам должен плавать, но я объяснил ей, что, во-первых, он дырявый и может утонуть и, во-вторых, он капитан каравана судов, и прочёл ей наизусть стихи Маршака:

Ведёт кораблик Утка,
Испытанный моряк. —
Земля! — сказала Утка. —
Причаливайте. Кряк!

Я хотел прокатить по каналу и Усика, но он стал шипеть, царапаться и вырываться и не захотел плавать. А Маша катала лодку с парусом; она у неё всё время переворачивалась. Наверно, ветер был не попутный.

Ваня.

Началась весна.

Мы хотели идти гулять без пальто, но нам без пальто не разрешили. Тогда мы оба громко заплакали, и нам позволили идти в летних пальто. Наверно, мы всё-таки мало и тихо плакали; если бы я попла­кал ещё часик — меня пустили бы без пальто, но я испугался, что могут совсем не пустить.

В детском саду мы пели, танцевали, читали всякие стихи — кто что умеет, а потом приехали взрослые артисты и устроили нам концерт. Больше всех мне понравился фокусник: он всё время вынимал из кармана букеты цветов, а из шляпы у него вылетали голуби.

После концерта мы играли. Чапка везла меня в тележке, а в руках я держала воздушные шары и букет цветов.

Усик бежал впереди, мы привязали ему красный бант.

А Ваня высоко-высоко запустил змей, и он был очень похож на спутник или ракету-носитель.

Потом нас поили чаем с пирожными и конфетами; всем детям дали подарки и нам тоже.

Маша.

Первого мая у нас в детском саду был большой праздник. Все ушли на демонстрацию, а мы с Ваней отправились в наш детский сад. И мама с нами.

На улицах играла музыка, и по небу летели самолёты. Люди шли с цветами и красивыми плакатами. Везде пели и танцевали.

Мы тоже подготовились к празднику: Ваня склеил большой змей и написал на нём: «1-е МАЯ».

Сначала мы с Чапкой копали червяков: Чапка рыла ногами землю, а я собирал чер­вяков в баночку. Maшa их не собирала: она боялась червяков, хотя они совсем не кусаются. Потом пошли искать место на речке. Я нёс удочки, Чапка — баночку с червяками, а Маша и Усик — ничего. Мы сели на берегу, и я стал насаживать червяка на крючок. Маша червяков не насаживала: ей жалко их.

Я закинул удочку и стал ждать, когда поймается рыба, но рыба не ловилась, потому что Маша скуча­ла и всё время громко пела. Когда она перестала петь, я сразу поймал не очень большую рыбу, но она соско­чила с крючка и уплыла с моим червяком во рту.

Потом Maшa опять пела, и рыба опять не ловилась, а когда Маша ушла собирать цветы, я вдруг поймал три рыбки и лягушку.

Но тут из камыша вылетела большая утка, а за ней выскочила наша Чапка. Мы и не знали, что Чапка — охотничья собака!

Пока я смотрел на Чапку, Усик поймал три рыбки из моей банки, и мы вернулись домой с одной лягуш­кой.

Лягушку я выпустил в сад.

Машу и Усика я больше не возьму с собой ловить рыбу!

Ваня.

В июне мы поехали к бабушке в деревню и взяли с собой Чапку и Усика.

Нам всем купили билеты, а Чапке — собачий би­лет. Усик ехал бесплатно, и папа сказал, что Усик «едет зайцем».

Не понимаю, как может котёнок ехать зайцем? Ве­чером мы приехали к бабушке, а утром уже пошли на речку — ловить рыбу.

С Чапкой была целая история: она нашла два белых гриба, залаяла, а грибы вдруг сами побежали в лес! Чапка — за ними, а мы — за Чапкой! Когда мы догнали грибы, то увидели ёжика: он наколол себе на спину два белых гриба и нёс их домой своим ежатам.

Мы не тронули ёжика с грибами и пошли домой. По дороге я загадала Ване загадку, которую сама придумала:

Стоит в красной шапке,
На одной ноге,
Никуда не идёт.
Кто такой?

А Ваня говорит: «Это ты. Промочила одну ногу и боишься идти домой».Я ему сказала: «Какой ты глупый! Это — гриб!» Но он не согласился. А в это время мы уже пришли домой.

Маша.

У нас в лесу вдруг появилось много грибов и ягод, и мы пошли их собирать.

Ваня всё смеялся и говорил, что собирать грибы — это очень просто, и собирал все грибы, которые ему попадались. А попадались ему всякие поганки и мухоморы, и он совсем не находил хороших грибов. Малину Ваня тоже не собирал — он всё съедал, прямо с кустов.А я искала грибы, как учила меня бабушка: заглядывала под ёлочки — там растут белые грибы и рыжики. Красные подосиновики я искала в траве под небольшими осинами, а подберёзовики — прямо на полянках. Скоро я собрала целую корзинку грибов. Усик в лесу познакомился с лягушкой: сначала испугался, потом — ничего, а лягушка сначала — ничего, потом испугалась и ускакала.

Все взрослые уехали в поле на уборку, нас оставили дома с бабушкой. А вы, ребята, идите в огород и собирайте овощи, — сказала нам бабушка. Мы взяли мешки и побежали в бабушкин огород. А Чапка и Усик за нами — помогать. Чапка очень хорошо помогала Маше рыть картошку: она рыла землю всеми лапами и даже носом. Картошка так и летела, а Маша собирала её в мешок. А я пошёл дёргать морковку, хотя и не знал, какая она.

И вышло: дёргаю морковку, а выдёргиваю то репу, то свёклу. Выдернул нечаянно даже огурцы и помидоры, а морковки только три штуки. Я хотел заплакать, но бабушка сказала, что сразу всё не узнаешь, а когда сам посеешь и каждый кустик вырастишь, тогда ничего не перепутаешь. И ещё сказала, что на будущий год, когда я приеду к ней, то сам посажу и буду выращивать маленький огород. А Усик никому не помогал: он подружился с Чучелом Стёпой и не отходил от него. Ведь Чучело не может его тискать и дёргать за хвостик.

Когда мама и папа вернулись с поля, бабушка нас очень хвалила: сказала, что мы будем хорошими работниками. А про огурцы и помидоры никто не узнал. Вечером мы все ели молодую картошку.

Ваня

Давайте познакомимся. Мы — Ваня и Маша Кнопочкины. Нам уже по 6 лет. Мы близнецы, и все нас зовут просто — Кнопки. У нас есть большая чёрная собака Чапка, очень умная, и кот Усик — он ещё совсем маленький. Весь этот новый год мы будем вам рассказывать, как мы живём.

Маша и Ваня Кнопочкины

Он всё время наступал себе на брюки и даже два раза упал. Папа сказал: «Это ничего, Ваня скоро привыкнет к брюкам. Он и сейчас уже похож на взрослого мужчину».

Ваня обрадовался, хотел заговорить басом, но не смог. А мама взяла иголку, всё подшила и всё сделала впору. Мы взяли книжки, букет цветов и пошли в школу.

Букет мы подарили учительнице. Учительница спросила, умеем ли мы читать. Мы сказали, что умеем даже писать печатными буквами. Нас посадили за одну парту, и тут Ваня заявил, что не хочет со мной сидеть и что я ему дома надоела, но учительница велела ему сидеть.

В школе я подружилась с двумя девочками, а Ваня уже подрался с одним мальчиком. И все ребята зовут нас Кнопками. Откуда они узнали, что мы — Кнопки? Когда мы пришли из школы домой, то стали заниматься с Чапкой и Усиком. Я задала Чапке такую задачу: «Сколько будет 2 и 2?» Чапка подумала и пролаяла восемь раз. Это она два раза пролаяла ответ. Ваня показывал Усику буквы, но ничего не вышло. Усик сначала молчал, потом сказал: «Мяу», и убежал.

Маша.

Вчера мы в первый раз были в школе. Ещё раньше нам купили книжки, тетрадки, карандаши, перья и новые сумки, которые очень вкусно пахли кожей. Мама сшила мне коричневое платье и два передника — чёрный и белый. А Ване купили школьную форму, пояс и фуражку с золотым значком. Ваня очень гордился фуражкой и Дразнил меня — говорил, что девочкам нельзя ходить в Фуражках. Когда мы стали всё примерять, оказалось, что Ваня очень маленький.

Мы их не высунули, потому что мама запрещает показывать языки. Но тут мама сама позволила. Айболит велел нам сказать: «А-а-а-а», и мы хором пели это «а-а-а-а». Потом он встал, спрятал молоток (им он нас всё время стукал) и сказал, что у нас одинаковая температура и одинаковая ангина, и велел нам лежать.

Мы лежали три дня, а когда встали, нас ещё не пустили в школу. Без школы нам стало очень скучно. Наш папа — художник, и мы решили тоже стать художниками: взяли папин мольберт и краски и стали рисовать портрет Чапки. Умная Чапка смирно сидела всё время, пока мы её рисовали.

Я рисовал, а Маша раскрашивала красками. Пока мы рисовали, Усик залез в краски и стал весь разноцветный. Мы его вымыли, и он снова стал белым, а мы — разноцветными. Потом нас мыла мама, а папа сказал, что Чапка очень похожа на свой портрет. На другой день мы пошли в школу.

Ваня.

Стало уже холодно, и мы немного простудились: и у меня и у Маши болело горло, и мы охрипли.

Мама не пустила нас в школу и позвала доктора. Мы испугались, но мама сказала, что доктор очень добрый и зовут его Айболит.

Когда Айболит пришёл, мы уже лежали в кроватях, с градусниками. Айболит оказался очень весёлый: всё время шутил и смеялся — мы его совсем не боялись и думали, что он нас пустит гулять. Айболит посмотрел на градусники и велел нам высунуть языки.

Сегодня нам сказали, что вечером будет салют в честь праздника Октябрьской революции. Весь вечер мы смотрели в окно и ждали салюта. Все улицы были украшены электрическими лампочками и флагами, и дома были похожи на дворцы из сказки. Вдруг всё небо осветилось и раздался залп — выстрелило много пушек. У нас зазвенели стёкла, и сразу в небо полетели разноцветные звёзды. Это были ракеты. Потом звёздочки затрещали и погасли, немного потемнело, и снова прогремели пушки, и в небо опять полетели звёзды — красные, синие, зелёные...

Наша Чапка сначала испугалась и залезла под диван, но скоро привыкла к салюту, вылезла обратно и больше не боялась. А мы с Машей совсем не боялись и даже потушили в комнате электричество, чтобы лучше видеть салют. Усик тоже не боялся и тоже смотрел в окно. Во время салюта по небу бегало много лучей из прожекторов, они по-всякому переплетались и кружились, как будто в хороводе. Мы не отходили от окна, пока не прогремели все двадцать залпов, и очень довольные пошли спать. Это было самое красивое, что мы видели в этом году.

Маша.

Мы недавно видели в цирке укротителя животных, и я тоже решил выступить в роли укротителя и стал дрессировать Чапку и Усика. Усик теперь очень вырос, стал красивым, настоящим котом, но он совсем не слушался меня, а всё мяукал и царапался.

Чапка слушалась очень хорошо и всё делала, что я ей велел: лаяла, ходила на задних лапах, ложилась и здорово прыгала через обруч с натянутой бумагой. Мы очень много изорвали папиных газет, пока я дрессировал Чапку. На репетициях всё было хорошо, но, когда мы пошли выступать в школу, Маша испугалась.

Я сказал ей, что она очень хорошо танцует и ей нечего бояться. Она перестала бояться и на сцене танцевала лучше, чем дома. Ей долго хлопали, а она спряталась за занавесом и стеснялась выходить.

Но, когда объявили наш номер, я вдруг тоже испугался. Меня нашли под сценой, успокоили, но тут вдруг испугалась Чапка: стала выть, легла на пол, и я никак не мог её успокоить.Через полчаса мы оба успокоились, и, когда вышли на сцену, нам тоже очень много хлопали. Мы очень хорошо выступали, даже Усик смирно сидел на сцене и только мяукал, как будто его нарочно дрессировали мяукать.

Ваня

Этот год скоро кончается, и нас отпустили на каникулы. Когда мы показали маме и папе наши табеля, то они увидели, что отметки у нас одинаковые: все пятёрки. Папа и мама обрадовались и разрешили нам высту­пать в школе в самодеятельности. А мы уже давно готовили наши номера. Маша репетировала танец: всё время заводила одну пластинку и под музыку красиво дрыгала ногами, и махала руками. Я так устал от её танцев, что еле-еле успел приготовить свой номер.

Вернуться на: